информационно-новостной портал

23 ноября 1942 года 152-я осбр и бригада Кричмана, преследуя 16-ю мд, вышли на рубеж в 5-8 километров севернее и северо-восточнее поселка Яшкуль. Фон Шверин, уйдя на линию Тобрук, смог удержаться. Правда, из 450-го туркестанского батальона дезертировала группа легионеров во главе с муллой Гани Садыровым, но особого значения для немцев это не имело.

Местность вдоль дороги абсолютно плоская, не пересеченная ни балками, ни буграми, но местами заболоченная. Поэтому Элистинская дорога, огибая ильмень Дорт-Хулсун, спускается немного к югу. Сейчас этот ильмень пересох, и на его месте находится заболоченное понижение (урочище). В описываемое время Яшкуль тоже был иным. Он представлял собой три населенных пункта, с севера на юг: собственно Яшкуль на южном берегу Дорт-Хулсун, затем Среднее Село и Городок. Дальше опять начинались болота и солончаки, среди которых разместился пункт Цаган-Усун. Иных поселений в этом направлении не было, и нет до сих пор.

В 30 км строго на восток от Яшкуля начинаются пески Бузги, в которых вырыто несколько колодцев, включая Теегин Герл. На таком же расстоянии, но северо-восточнее, урочище Шалдан, а чуть севернее урочище Дорт-Чапчачи. В треугольнике Яшкуль-Шалдан-Олинг местность несколько меняется. С юга на север здесь поднимается гряда пологих холмов, из-за особенностей растительности носящих название Синие горы. Кое-где одиноко возвышаются курганы, наиболее видный из которых Ацха-Хартолга. Он отлично виден с элистинской дороги и находится в 3 км севернее нее. В 1942 году южнее Ацха-Хартолга еще лежали руины разрушенного во время антирелигиозной кампании буддистского храма, Хурула.

Теперь об Олинге и прочих пунктах севернее Яшкуля. Если Яшкуль лежит в южной части ильменя Дорт-Хулсун, то Олинг в северной. Собственно, это даже не деревня, а несколько глиняных домиков чабанов. Ни советские, ни немецкие войска привязки к этому пункту не имели, и он используется в описании хода боевых действий лишь как географическая отметка. Но этот пункт имел высокое значение. Через него лежал обходной путь к Элистинской дороге, севернее Яшкуля. Далее за Олингом на север начинался еще один ильмень, Дед-Хулсун. Сейчас он тоже практически высох и представляет собой несколько маленьких блюдец с водой, но тогда, по воспоминаниям ветеранов, являл собой достаточно обширное озеро, заросшее высоким и практически непроходимым камышом.

От Яшкуля через Олинг шла дорога на Чилгир. Другая дорога к Чилгиру шла от Утты, через урочище Чапчачи, пункты Юпсур и Ниицян.

Оборонительный рубеж защищал 60-й мп, потрепанный 156-й мп стоял в резерве. На фронте появились даже три туркестанских батальона, сформированных из оказавшихся в плену советских солдат и офицеров восточных национальностей: казахов, татар, узбеков, калмыков. Каждый батальон насчитывал до 1000 бойцов, но на офицерских должностях находились исключительно немцы. Боевой дух туркестанцев был не особенно высок.

Линия Тобрук выглядела следующим образом.

На севере она начиналась от опорных пунктов Чилгир и Нюкюн, в которых стояли, соответственно основные силы 811-го туркестанского батальона и рота данного батальона, а также передовые отряды эскадронов доктора Долла.

Далее, вдоль бугров, тянущихся на восточной стороне ильменя Дед Хулсун, урочища Олинг и ильменя Дорт Хулсун были оборудованы огневые точки и опорные пункты. Их защищали 782-й туркестанский батальон, и, чуть южнее, 3-й батальон 60-го мп. Перед Дед-Хулсуном и Олингом тянулись минные поля. На курганах восточнее Дорт-Хулсуна расположилась немецкая артиллерия, в том числе противотанковая. Передовой пост был выдвинут на высоту Шарадрык, расположенную на полпути между Олингом и Ацха Хартолга.

2-й батальон 60-мп оборонял холмы северо-восточнее Яшкуля. Важнейшей высотой был курган Ацха Хартолга. На ее южных скатах стояла артиллерийская батарея. И с юга и с севера подчиненные майора Линдера основательно заминировали плоскую степь.

Местность восточнее и юго-восточнее Яшкуля, Среднего Села и Городка также была заминирована. Передовые опорные пункты были оборудованы в развалинах хурула, высотах южнее его и у худуков Шавхата, Камхулта. Их защищали 1-й батальон 60-го мп капитана Торлея и 450-й туркестанский батальон капитана Копфа.

156-й мп формировал второй эшелон обороны: в 7-9 км западнее и юго-западнее Яшкуля и Городка. У совхоза Ревдольган на карте оперативного отдела 28-й армии нарисован светло-коричневый флажок и написано: Калмыцкий полк. Здесь находился штаб доктора Долла. Эскадрон Долла стоял в Цаган-Усуне южнее Яшкуля, а еще один оперировал на глубоком юге близ Тавун Усуна. В Улан-Эрге находились 811-й туркестанский батальон, а также командный пункт фон Шверина, и, соответственно, немецкая охранная рота.

27 ноября к немцам поступили скудные резервы – сводное подразделение из частей флота и сводное подразделение из штаба группы армий «А», всего примерно две роты.[1]

Сила обороны 16-й мд заключалась в первую очередь в грамотном построении опорных пунктов, огневом взаимодействии и оперативности, которая обеспечивалась танками, САУ, БМП и шедшими под их прикрытием грузовиками. Лучший самолет-разведчик второй мировой войны FW-189 обеспечивал получение оперативной информации.

34-я гвсд вышла к Олингу. Замысел советского командования был очевиден: выйти в тыл к фон Шверину западнее Яшкуля, и вынудить немцев как минимум отойти на Элисту. В подчинение Губаревичу был также придан 899-й сп.

Первым решил взяться за дело Кричман. Он принял решение перехватить ударом с северо-востока дорогу Яшкуль-Элиста, после чего развернуть танки на восток и атаковать немецкие позиции у Яшкуля с тыла. К 14.00 Кричман ввязался в бой с немцами. Немцы располагали здесь 18 танками и батальоном пехоты. Потеряв два танка, Кричман вышел из боя. В 15.00 после передышки его бригада вновь атаковала немецкие позиции.[2] Кричману удалось занять холмы в 2 км юго-восточнее Олинга, в 3 км северо-восточнее Яшкуля. По итогам дня бригада потеряла 4 КВ, 5 Т-34, 8 Т-60, по техническим причинам вышло из строя два Т-34 и один Т-60. Такой дорогой ценой бригада уничтожила один немецкий танк, минометную батарею и три автомашины. Еще один немецкий танк был подбит, удалось захватить автомашину и мотоцикл, взять двух пленных.[3] Кричману отправили помощь – колонну из 46 автомашин с боеприпасом и продовольствием. Однако ввиду отсутствия пехоты он был вынужден отвести танки на восток.

23 ноября погиб лейтенант 289-й ШАД Лысков. Во время выполнения боевого задания его Ил-2 был подбит и возвращался в Астрахань на высоте 40 метров. Внезапно самолет круто повернул к земле и врезался в нее.[4] Неприятность случилась в 899-м сп. Автомашина полка подорвалась на немецкой мине, был контужен красноармеец.

24 ноября в 04.00 в районе Олинга сосредоточились сорок танков 6-й гвтбр и сильно обескровленный под Сянциком мотострелковый батальон 152-й осбр. В 20 км восточнее Яшкуля урочище Шалда занял 899-й сп, подошедший из Юсты. Он был обстрелян дальним артогнем, после чего встал и окопался. В Утте разместилась 152-я осбр.

Тем временем в штаб 28-й армии прибыл заместитель командующего фронтом генерал Захаров. По воспоминаниям служившего в 107-м гвсп в звании лейтенанта А.И.Сурова, и подполковника Г.Тельных именно Захаров настоял на форсировании событий. Он потребовал от Герасименко, а тот, в свою очередь, от Губаревича, немедленно выступить через Олинг на юго-запад и перерезать дорогу Элиста-Яшкуль.

Если бы Захаров имел некоторое терпение или озаботился мобилизацией автотранспорта, к Олингу можно было перебросить, на выбор, 902-й сп, 905-й сп, 152-ю осбр, а то и 52-ю осбр, стоявшую в бездействии в районе Зензелей. Это позволило бы гвардейцам, не опасаясь за фланги, совершить бросок к дороге. Даже плохо обстрелянные части – лучше, чем никакие. Однако такого решения принято не было, и гвардейская дивизия начала наступление в условиях, когда второй эшелон за ее плечами практически отсутствовал. И это в условиях открытой местности!

24 ноября в 05.20 командующий армией Герасименко отдал приказ о штурме Яшкуля. 34-я гвсд вместе с 6-й гвтбр предстояло нанести удар на Олинг. 899-й сп стоял в резерве.

В ночь на 25 ноября основные силы 34-й гвсд разместились: 107-й гвсп севернее кургана Ацха-Хартолга, у кошары, 105-й гвсп – у развалин Хурула, на высоте 10.3, 103-й гвсп близ соленого колодца в 3 км северо-восточнее Олинга, у отметки 8.0. Дивизия готовилась к отдыху. За два дня у Хулхуты она потеряла четверть всего состава. Сказывалась и усталость бойцов. Наконец, сильно отстала артиллерия, а уцелевшие "катюши" 76-го гвмп ушли на ремонт в Трусово, пригород Астрахани.[5]

25 ноября в 09.00 34-я гвсд Губаревича и 6-й гвтбр Кричмана направились к Олингу. К 16.00 они вышли на рубеж атаки, которая началась в 19.00.[6] «Таким образом, - отмечал в мемуарах начштаба армии С.Рогачевский, - не оказалось светлого времени для организации взаимодействия между соединениями ударной группы, а также внутри соединений. Артиллеристы не имели светлого времени суток для привязки артиллерии и разведки полей, выбора места для огневых позиций и наблюдательных пунктов».[7]

Пехота шла без артиллерийской поддержки – расчеты с орудиями еще не успели подойти. Фон Шверин вывел в степь до 40 танков и подтянул основные силы 60-го мп. В небе кружили "юнкерсы”. Только к позднему вечеру гвардейцы овладели немецкими окопами и в 23.00, заняв Олинг, вышли на 2 км к юго-западу от этого пункта. От Яшкуля их теперь разделяло всего 3-4 км. С холмов, расположенных южнее Олинга, Яшкуль отлично просматривался.

Профессионал маневренной войны, фон Шверин решил совершить бросок через степь. Он выдвинул батальон пехоты на грузовиках и 10-12 танков в обход из Яшкуля, южнее астраханской дороги с тем, чтобы затем круто повернуть на север и выйти в тыл к 34-й гвсд. Дополнительный удар предполагалось нанести из Чилгира.

По дороге немецкая моторизованная колонна натолкнулась на 899-й сп, стоявший силами двух батальонов южнее дороги в урочище Шалда. Урочище являет собой незначительное понижение. Местность здесь совершенно плоская, и надо иметь особо пристальное зрение, чтобы разглядеть на ней подобие холмов. 899-й полк хотя был на фронте уже три месяца, до сих пор имел дело только с отрядами Огдонова и редкими немецкими патрулями. В деле у Омн Керюльчи участвовала лишь незначительная часть подразделения.

Существует два отличных описания событий у Шалды.

Первое из них составлено штабистами 771-го ап. В соответствии с ним, в 10.30 с востока появился немецкий батальон, поддержанный примерно 18 танками. В небе кружил FW-189, корректировавший работу артиллерии и эпизодически сбрасывавший бомбы. В ходе боя находившиеся здесь 4-я и 5-я батареи 771-го ап потеряли все 8 орудий. Еще 3 орудия потерял 899-й сп. Немцы лишились шести танков, в том числе двух сожженных.

Далее написано: "пехота 899-го сп, в том числе рота автоматчиков, находившаяся впереди дивизиона, участия в бою не принимала, и отошла в направлении на запад. Несмотря на то, что артиллеристы остались одни, они не проявили трусости, остались около орудий, отбиваясь от танков и пехоты противника. Когда орудия были подбиты, расчеты во главе с командирами боролись с танками противника. Расчет 4-й батареи был выведен из строя полностью. Во главе с расчетом погибли три средних командира. Лейтенант Редько погиб геройски, когда орудие было подбито, вступил в бой с пехотой противника с обнаженной шашкой”.[8]

Иная версия высказана в докладе капитана Яновского из штаба 899-го сп. Он пишет, что в 14.00 появилась "рама”, а через час политрук конного взвода, проезжая мимо КП, где в это время находились все командиры подразделений полка, крикнул, что только что видел немецкие танки – двести штук! В действительности, танков было 20. Они шли с востока и сопровождали батальон мотопехоты. Было также замечено 12 мотоциклистов.

Немецкая пехота выпрыгнула из грузовиков и повела наступление на позиции 2-го и 3-го батальонов. 2-й батальон удержался, а 3-й, как деликатно выразился Яновский, отошел на лучший рубеж обороны. При этом немецкие танки раскатали оказавшиеся без прикрытия орудия 771-го ап и 899-го сп. Всего было потеряно 11 орудий, причем одно из них немцы захватили с собой. Помимо этого, 3-м батальоном были потеряны миномет и 3 станковых пулемета. В зоне обороны 2-го батальона позднее были подобраны 6 убитых немцев, включая офицера. Подбитых танков Яновский не отметил, но указал, что противник потерял две машины.[9]

Ветеран 34-й гвсд А.И.Суров также отмечает, что уничтоженных немецких танков в районе урочища Шалда он не видел, и, более того, по рассказам бойцов, артиллеристы даже не успели развернуть орудия.

Наконец, в Журнале боевых действий 28-й армии говорится, что в 15.30 юго-западнее, южнее урочища Шалда появился немецкий батальон, сопровождаемый 10-12 танками. На протяжении часа немецкие танки раскатывали по степи, ведя дуэль с полковой артиллерией. Части понесли очень серьезные потери. В двух батальонах 899-го сп погибло 220 человек, 245 были ранены и 225 пропали без вести – то есть за день была выбита половина всего личного состава. Было потеряно три 76-мм орудия, 5 минометов, 9 ПТР, 3 станковых и 15 ручных пулеметов, 5 автомашин и 168 лошадей. 771-й ап лишился восьми 76-мм орудий и 76 лошадей, погибло 12 бойцов, пропало без вести 29, еще 22 отбыли в госпиталь. Таким образом, в 248-й сд за сутки было выбито из строя 753 солдата и офицера. Даром немцам бой тоже не прошел. Один танк остался догорать в степи. Еще два были подбиты и взяты на буксир. В 16.30 немецкая пехота погрузилась в грузовики и вместе с танками ушла на север, обходя по длинной дуге 34-ю гвсд.[10]

Тем временем у Олинга 34-я гвсд продвигалась, не взирая на потери, вперед. 26 ноября в 02.00 ее передовые группы достигли дороги Элиста-Яшкуль. Затем дивизия вышла на рубеж северо-западнее в 4-6 км от Яшкуля. 105-й гвсп достиг долины Кемердык, 107-й гвсп – отметок 0.7, 1.8, 2.2. 103-й гвсп шел по астраханской дороге восточнее Яшкуля и занял зимовья. В плен было взято два солдата 60-го мп.

Ввиду спешки при подготовке операции, управление разладилось. Как отмечал потом начальник штаба армии Самуил Рогачевский, "зачастую войска действовали самостоятельно и разрозненно, а командиры соединений и частей были лишены возможности в сложной динамке боя парировать контратаки противника. Действия пехоты и артиллерии практически не были скоординированы по времени, рубежам и объектам, пехота наступала без артподдержки, неся большие потери”.[11] Ответственность за это с Губаревичем должно было разделить командование армии, которое погнало войска вперед на штурм линии обороны противника, поставив самые общие задачи и не дав времени ни разведать обстановку, ни привести утомленную дивизию в порядок.

899-й сп, отойдя от боя в урочище Шалда, направился к Яшкулю с задачей сковать часть сил гарнизона. Полк наступал северо-западнее развалин Хурула. Поскольку немцы, терпящие катастрофу у Сталинграда, и концентрировавшие силы 16-й мд к Яшкулю, очистили Омн Керюльчи, 1-й батальон 899-го, остававшийся ранее у Сарпы, на всех парах устремился к Утте. Здесь по-прежнему стояла 152-я осбр, исключая ее 2-й батальон, оборонявший Сянцик. 905-й сп вместе со штабом 248-й сд разместился в немецких землянках у Хулхуты, а 902-й сп по совершенно непонятым причинам находился в глубоком тылу у Давсны. В результате тылы 34-й гвсд у Олинга охраняли несколько танков бригады Кричмана и небольшие подразделения пехоты.

В 152-й осбр день ознаменовался инцидентом, весьма неприятным для командования. Захаров, наконец, принял решение сформировать силами бригады моторизованный отряд, который должен был поддержать бригаду Кричмана. Поручение было дано замкомбригу подполковнику Жукову. Однако Жуков, свалив задачу на нижестоящих командиров, отбыл в неизвестном направлении. До рассвета его так и не удалось найти, вследствие чего отряд не был сформирован. Алексеенко отстранил Жукова от должности и передал его дело в трибунал.[12]

Немцы не теряли времени даром. Несмотря на ухудшение погодных условий (ночью выпал снег) они интенсивно перебрасывали подкрепления в Яшкуль, и ночной атакой вернули Олинг.

На рассвете пасмурного 26 ноября подвижные части 16-й мд продолжили контрнаступление, нанеся удар по 103-му гвсп. В тылу 34-й гвсд появились немецкие танки и бронетранспортеры, быстро сбившие боевое охранение. Фон Шверин нанес концентрический удар: из Яшкуля и Чилгира. На моторизованную группу 16-й мд, вышедшую из Чилгира, наткнулся совершавший боевую разведку Т-60 бригады Кричмана. Сидевший на борту Т-60 десантник Виктор Мельников так описал эту встречу: "проехав 3-4 км, мы увидели, что на нас надвигаются танки противника, и (по нам) открыли ураганный минометный огонь. Нам пришлось прятаться в болоте, в камышах, где оказались еще наши части 34-й дивизии, если не ошибаюсь, 105-й полк. Болото было замерзшим, лед толщиной 5-7 см. Пехоту лед, конечно, поддерживал, но технику – нет, и мы с Т-60 провалились… Это был кромешный ад. Над болотом повисла "рама”, которая корректировала огонь, противник вел огонь из минометов и шрапнелью, ледяной покров болота был разбит”.

26 ноября к 11.00 34-я гвсд, отходившая из мешка, оказалась загнана к Дед Хулсуну. Бригада Кричмана была отсечена от гвардейцев и отошла на 1.5 км северо-восточнее, юго-восточнее Олинга. К этому времени она потеряла еще два Т-34 и один Т-60, сгоревшие в степи. Один Т-34 был подбит. За день погибло 36 человек, в том числе семь офицеров. У немцев было уничтожено два танка, еще один подбит.

В течение всего дня гвардейцы вели тяжелые бои в окружении. Дул порывистый ветер, температура упала до 3-5 градусов мороза. В котел попали 103-й и 105-й гвсп. Восточнее к ним пыталась пробиться 152-я осбр, выдвинутая из Утты к Яшкулю. Из-за слабой оснащенности автотранспортом бригада шла пешком. К 08.00 28 ноября она достигла только урочища Шалда. До Яшкуля ей оставалось еще 20 км.

В Утте бригаду сменил 905-й сп 248-й сд, покинувший Хулхуту. На смену ему пришел 902-й сп той же дивизии, наконец, оставивший Давсну и Красный Худук. К Утте также были направлены пять БТ 1-й танковой роты и 2-я танковая рота.

Ночью 34-я гвсд, произведя перегруппировку, прорвала кольцо окружения и вышла севернее Олинга, через озеро Дед-Хулсун. При этом были понесены большие потери в личном составе. Значительную часть техники, в том числе транспорт, пришлось бросить в болоте.

Среди тех, кому повезло, оказался и Виктор Мельников. С трудом, подминая камыш под гусеницы, он с товарищами смог вытащить танк из ильменя. "Среди нас нашлись опытные ребята, которые вытащили из камышей немецкую легковую машину "Опель-капитан”, поймали на окраине двух "языков”, кое-что от них узнали, сняли с них одежду. В 2 часа ночи (ночь была полнолунная) четверо из 34-й сели в машину, двое из них переоделись в немецкую форму, 17 человек уместились в полуторку. К ним присоединился наш Т-60. Вот в таком составе мы двинулись в путь из окружения.

На пути оказалась большая неожиданность. Спасла нас немецкая машина, которая шла первой. Перед нами стояли 6 крытых брезентом машин "Шевроле” и до роты немецких солдат. Все они стояли в кругу, что-то, видимо, обсуждали, и в этот миг мы на предельной скорости подъехали к немцам и открыли огонь со всех автоматов, пулеметов… От неожиданности и огня немцы падали. Я выпустил за этот миг весь диск патронов. Но оставшиеся в живых немцы открыли по нам огонь трассирующими пулями. Часть бойцов с полуторки, она замыкала нас, погибли”.[13]

34-я гвсд была вынуждена перейти к обороне. Потери в живой силе достигли 1.000 человек. По воспоминаниям А.И.Сурова, И.И.Губаревич был оштрафован на 16.000 рублей "за потерю шанцевого инструмента”.

В период с 20 по 30 ноября 34-я гвсд понесла потери, фактически выбившие ее из строя. 1625 бойцов было убито, 1448 ранено, 1978 пропали без вести. Хозчасть списала 1181 винтовку, 139 ППШ, 34 ручных и 6 станковых пулеметов, 21 ПТР, 45 орудий (из 60-ти), 5 минометов.

Поодиночке и небольшими группами гвардейцы просачивались на восток. К 4 декабря в расположение дивизии вернулось 228 бойцов, ранее числившихся пропавшими без вести. Еще 211 человек на протяжении двух недель скрывались в ильмене Дорт Хулсун. Они смогли сгруппироваться и установить связь с основными силами. Губаревич, как мог, помогал им продовольствием и медикаментами. [14]Постепенно они также вышли из окружения. Общее число пропавших без вести бойцов 34-й гвсд было уменьшено оперотделом с 1978 человек до 999.

 


Проблем добавили трудности со снабжением. В журнале боевых действий 28-й армии от 26 ноября имеется запись: "Лед на реке Волга в районе Астрахани слабый. Паромные и автомобильные переправы парализованы, железнодорожная переправа крайне затруднена, что создает напряденное положение с подвозом”.[16] Ввиду переменной погоды часть ледяного покрова треснула и образовались торосы, запрудившие Волгу. За сутки ее уровень поднялся у Астрахани на 19 см. Через реку рисковали переходить только смелые пешеходы.[17]

В результате 28-я армия временно перешла к обороне на рубежах 10-12 километров севернее поселка Яшкуль и почти весь декабрь вела бои на линии Яшкуль-Олинг-Чилгир. В глубине обороны 34-й гвсд расположились танкисты Кримчана, наподобие пожарной бригады спешно выдвигавшиеся на угрожаемые участки фронта. Их столкновения с танкистами Теббеса шли с переменным успехом.

Общие потери немцев за декаду 20-30 ноября оперотдел армии оценил в 12 человек пленными и до 2000 убитыми. Если бы это было так, 16-я мд уже перестала бы существовать, поэтому оценки майора Берлина следует признать весьма завышенными. Кроме того, в степи было собрано 10 танков, 18 орудий, 39 минометов, 14 станковых и зенитных пулеметов, 118 ручных пулеметов и более 1000 винтовок разных систем, включая советские.[18]

Пришедшие в себя после боев под Хулхутой немцы перешли к активным действиям.

27 ноября при поддержке 16 танков мотопехота фон Шверина попробовала на прочность оборону 3-го батальона 107-го гвсп. Гвардейцы подтвердили свою репутацию и атаку отбили.

29 ноября аналогичная атака состоялась на стыке 34-й гвсд и 6-й тбр. Она была неудачна для немцев. Экипаж гвардии лейтенанта А.Петрова на КВ-1 подбил два танка, и, выйдя из укрытия, разметал боевую цепь немецких пехотинцев, заодно раздавив два орудия. Артиллеристы Губаревича довершили дело, уничтожив один танк и  шесть автомашин.[19]

Бригада Кричмана отошла северо-западнее кургана Ацха Хартолга, развернувшись в ожидании неожиданностей фронтом на север. Ей по-прежнему был придан мотобатальон 152-й осбр, окопавшийся на высоте 5.0. Передовой отряд танкистов (1 Т-34, 1 Т-60) вместе со стрелковым взводом ушел далеко на север и занял позицию в 6 км юго-восточнее урочища Чапчачи.

152-я осбр, избежавшая катастрофы у Дед-Хулсун, и успевшая отдохнуть после штурма Хулхуты, прибегла к активным действиям. В бригаде насчитывался 4591 боец, включая 521 офицера. Из них примерно 200 стояли в заградотряде.[20] В ночь на 2 декабря она почти всеми наличными силами (1-й, 3-й и 4-й батальоны) провела разведку боем в 6 км северо-восточнее Яшкуля. При этом было уничтожено боевое охранение 60-го мп и захвачена занимаемая немцами кошара.

Фон Шверин с офицерами оперативного штаба 16-й мд пришел к выводу, что, раз ударные силы 28-й армии, понеся серьезные потери, отошли северо-восточнее Яшкуля, следует нанести удар вдоль дороги, поставив Герасименко перед угрозой потери коммуникаций и вынудив его отвести армию к Хулхуте.

2 декабря дважды, с фланга и тыла, были атакованы части 152-й осбр в районе Шалда. В 12.00 немецкая мехколонна в составе пяти танков, четырех буксируемых тягачами орудий и нескольких машин с пехотой вышла в советский тыл, к сборному пункту вышедших из строя машин Кричмана. К несчастью для немцев, оснащенных одним Т-IV и четырьмя Т-III, здесь стояли три тридцатьчетверки. Ходовая у них не работала, но с орудиями и поворотным механизмом башен все было в порядке. Экипаж лейтенанта Мамася, ремонтировавший свою машину, срочно занял места. Мамась воевал на астраханском направлении еще в составе 565-го отбат и обладал приличным опытом, что и не преминул продемонстрировать. Первым же выстрелом он сумел подбить передовой Т-IV, а затем и шедшую за ним «тройку». Два угодивших в Т-34 немецких снаряда никакого вреда советской машине не причинили. Однако броня внутри башни покололась и смертельно изрешетила механика-водителя Дмитрия Куницына. Тем временем на шум боя подоспело еще два советских танка, с хода подбившие один немецкий. Этим бой и закончился – в 13.30 немцы погрузились в машины и уехали в юго-восточном направлении, то есть… в тыл советских войск![21]

Перекусив, в 14.30, они атаковали 152-ю осбр. Здесь пехоту прикрывал одинокий КВ, к которому было срочно переброшено еще два танка, скорее всего, тридцатьчетверки. К 15.00 немцы были вынуждены отказаться от своих намерений и повернули назад в Яшкуль.[22] Впрочем, их передовая часть осталась в 4 км юго-восточнее Бор Худук, где и окопалась. В результате боя 152-я осбр потеряла 19 человек убитыми и 42 раненными, а также подбитый противником танк, у немцев было подбито 5 танков и повреждено 15 автомашин.[23]

3 декабря моторизованные части немцев появились у зимовья колхоза им. Ширяева, в оперативном тылу 28-й армии. Полковник Захаров в Журнале боевых действий 28-й армии фиксировал, что разведгруппы немцев силой от роты до батальона при поддержке 3-20 танков появляются в разных местах восточнее Яшкуля, разведуя местность.

В этот же день в 14.50 три наших самолета отбомбились и отстрелялись по позициям 899-го сп. Из пяти бомб разорвались только две. Жертв, благо, не было.[24]

Вообще, события отнюдь не напоминали триумфальное шествие. Несмотря на окружение 22-х дивизий у Сталинграда, вермахт держался достаточно уверенно. На юге 30 ноября 4-й гвардейский Кубанский казачий кавалерийский корпус нанес удар в тыл моздокской группировки врага и к исходу дня 1 декабря вышел на дорогу Ачикулак — Моздок, 10-я гвардейская кавалерийская дивизия овладела Новкус-Артезианом, Яманчой и завязала бои с противником южнее Ачикулака. 9-я гвардейская кавалерийская дивизия вела бой за Иргаклы. 30-я кавалерийская дивизия овладела Найко, Морозовским и вступила в бои за Сунженский. Но большего корпусу достигнуть не удалось. До 4 декабря казаки вели ожесточенные бои с моторизованными подразделениями немецкого корпуса особого назначения "Ф” (Фельми) и к концу дня 4 декабря отступили. Неудача постигла и 5-й гвардейский Донской кавалерийский корпус. Опасаясь удара по своему правому флангу, корпус вынужден был также отступить.

Под Яшкулем положение также не упрощалось.

Силы 28-й армии расположились следующим образом.

В Чапчачи рота 34-й гвсд обороняла передовой опорный пункт. Сама дивизия Губаревича стояла напротив Дед-Хулсуна и Олинга, занимая т.н. Синие горы – группу возвышенностей, вытянувшихся с севера на юг в 5-7 км восточнее линии немецкой обороны. Западный рубеж оборонял 107-й гвсп, юго-западный 105-й гвсп. 103-й гвсп был выведен в дивизионный резерв. Чуть восточнее, оперируя против немецких позиций на Арце-Хартолга, расположился 899-й сп, а на астраханской дороге – 152-я осбр. В тылу 34-й гвсд находилась бригада Кричмана. У Хулхуты и Сянцика стояли основные силы 248-й сд – 902-й и 905-й сп.

Большую проблему доставляло водоснабжение – если в немецком тылу находилось несколько ильменей, то в расположении советских войск имелось лишь несколько мелких колодцев, поэтому высокое значение имела стабильная работа системы снабжения из Астрахани. А с этим возникли проблемы. Мелкий, но непрекращающийся дождь размыл дороги. Из Астрахани было просто невозможно выехать. В результате начштаба армейской  артиллерии полковник Бадковский записал в оперсводке: "фуража осталось на 1 сутки, продовольствия на 1 сутки, горючего - на 2 заправки".[25] Правда, потеплело - температура днем держалась на уровне 2-3 градусов выше нуля, что не могло не радовать бойцов.

Отсутствие сплошной линии фронта вело к различным казусом. Заместитель командира 6-й гвтбр по тылу капитан Ф.Василенко едва не накормил немецких пехотинцев, с полевой кухней подъехав к боевому охранению 60-го мп. Примерно за сто метров от окопов Василенко сообразил, что что-то выглядит неправильно, и развернулся назад. Разочарованные пехотинцы повели огонь, продырявив кухню и оставив танкистов Кричмана без чая.[26] Во избежание ошибок Герасименко распорядился установить в степи указатели – «хозяйство Кричмана», «хозяйство Губаревича» и др.

«Танки с полной заправкой и полным боекомплектом стояли в окопах, над земляным бруствером возвышалась только башня. Экипаж был в готовности к ведению огня. Рядом с окопом находилось укрытие – землянка, накрытая брезентом, в ней жил экипаж. В землянке стояла самодельная печка, сделанная из бочки или канистры, ее топили соляркой, и поэтому печка страшно дымила. Когда не хватало воды, на печке в котелках растапливали снег, чтобы получить воду для умывания и питья».[27]

3 декабря в 16.00 примерно 50 немецких пехотинцев при поддержке пяти танков совершили налет на Сянцик. В опорном пункте было всего 11 бойцов, старшим из которых оказался ветврач. Трое бойцов погибло, восемь автомашин было сожжено, после чего немцы отошли в степь.[28]

4 декабря 10 немецких танков из 116-го тбат вышли восточнее Олинга. Они попробовали вклиниться между 103-м гвсп и 3-м батальоном 152-й осбр, атаковав высоту 2.9 и 2.6. Отличился расчет 45-мм орудия сержанта Васина, повредивший два танка.

Утром наша разведгруппа обнаружила в зимовьях колхоза им.Ширяева в 16 км к югу от дороги летучую группу 16-й мд в составе двух танков, пяти бронемашин и грузовика. В 12.00 по дороге на Хулхуту прошла уже боевая группа в составе 10 танков и 50 грузовиков. Спустя пять часов она вернулась назад, заправилась водой в колодцах и ушла на Яшкуль.[29]

Постепенно стороны смещали свои действия в сторону от Элистинской дороги.

6 декабря в 14.00 передовой отряд 34-й гвсд обнаружил немецкий разведотряд – 6 танков и рота пехоты – продвигавшийся от Нюкюна к Чапчачам и заградительным огнем вынудил немцев повернуть назад. В направлении Чапчичи, Нюкюн был выдвинут летучий отряд 6-й гвтбр – три Т-34, три Т-60 и десантная группа, разместившаяся на борту машин. После того, как местность была разведана, 6 декабря в Дорт Чапчачи был размещен небольшой гарнизон: стрелковый взвод, танк КВ и два Т-34. Под Олингом гвардейские артиллеристы уничтожили полевую кухню 3-го батальона 60-го мп, оставив немцев без обеда.

7 декабря в 12.00 из Чапчачи (6 км северо-западнее Дорт-Чапчачи) появилась немецкая мехколонна, скорее всего, выдвинувшаяся из Чилгира. В ней насчитывалось семь танков и до батальона пехоты. Мехколонна провела разведку боем против правого фланга 34-й гвсд, но, встретив огневое сопротивление, спустя час отошла назад.[30]

Южнее дороги 248-я сд выдвинула оперативную группу в Харгату, юго-западнее Утты. Здесь разместился взвод автоматчиков, оснащенный пятью ПТР и несколькими станковыми пулеметами. Ему был придан Т-34. Из Астрахани медленно продвигалась 159-я осбр полковника Цыганкова. К 6 декабря она достигла Давсны. Почему нельзя было перебросить ее на грузовиках 34-й гвсд – неизвестно. От пешего перехода бригада испытывала большие трудности. У нее отстала артиллерия и обозы, а продовольствия оставалось всего на два дня.[31] За время марша из 5023 бойцов бригады вышло из строя по причине заболевания 48 человек, еще пять дезертировали.[32]

В воздухе после длительного перерыва вновь появилась советская авиация. 7 декабря в 12.50 три Ил-2 289-й ШАД в девять заходов штурмовали немецкие позиции северо-восточнее Яшкуля. В результате удалось поджечь автоцистерну.

В холодное утро 6 декабря северо-восточнее Яшкуля появились немецкие танкисты. По советским оценкам, было замечено 23 машины. Они вышли на позиции батарей 416-го зенитно-артиллерийского дивизиона и были остановлены огнем расчетов старшего сержанта П. Колодязного и старшины М. Волковой. В ходе длившегося полчаса боя немцы потеряли три танка и были вынуждены отойти.

8 декабря в 10.20 рота немецкой мотопехоты при поддержке шести танков и двух бронемашин вышла к пескам Бузги в 20 км восточнее Яшкуля. Здесь находился передовой моторизованный отряд 152-й осбр. Одна немецкая машина подорвалась на выложенном советскими саперами минном поле, после чего мехколонна развернулась на Яшкуль. Советский отряд также решил не испытывать судьбу, и, не вступая в бой, ушел к урочищу Шалда.

Вообще, работа наших саперов причиняла немцам немало неудобств, и существенно сдерживала активность 16-й мд. Через пару дней южнее Харгаты подорвались еще две немецкие бронемашины. Одну из них немцы бросили, и разведчики 248-й сд

Просмотров: 651 | Дата добавления: 09.02.2016