информационно-новостной портал
Главная / Статьи / История / Разное /

Гитлер и Польша

После подписания в 1934 г. германо-польского соглашения о ненападении Гитлер постоянно подчеркивал, что Германия и Польша вот уже более тысячи лет соседи и что двум госу­дарствам от этого не уйти и поэтому отношения между ними "следует строить таким образом, чтобы извлечь из них наибольшую пользу для обеих наций". Однако все это было лишь уловкой (Преступник № 1. С. 261).

Тоталитарная нацистская Германия была отрезана от всех зарубежных источников информации. Это позволило Гитлеру создать две параллельные системы пропаганды: внутреннюю и на заграницу. Разрыв в информации между ними был во­пиющим. Берлин в программах, рассчитанных на заграницу, после подписания в 1934 г. известного германо-польского соглашения, объявлял Польшу "лучшим другом и союзником" Германии. В то же время внутри рейха велась яростная шо­винистическая антипольская кампания, которая изображала поляков "недочеловеками", подлежащими уничтожению. Вот где истоки того, что впоследствии стоило жизни 6 миллионам польских граждан (Преступник № 1. С. 259-260).

Утверждения профессора Вечоркевича о том, что в 1938 г. следовало бы принять требования Германии, свидетельству­ют о том, что он либо не в курсе дел относительно реально- (324) го отношения Германии к Польше, либо сознательно дезин­формирует польскую общественность. Вероятнее всего второе, так как не знать таких вещей профессору истории непрости­тельно.

Исчерпывающе на вопрос "Проиграла Польша или выиг­рала от решения не вступать в военный союз с Германией?" могут ответить исторические документы, и прежде всего на­цистские, в которых недвусмысленно и бесцеремонно предо­пределялось будущее Польши. Постараемся предоставить их. Возможно, это позволит студентам Варшавского университета сделать выводы о "ценности новаций и откровений" в поль­ской истории, предложенных их уважаемым профессором.

Особый интерес в этом плане представляют высказыва­ния Гитлера о Польше и поляках. 23 мая 1939 г., т.е. на следую­щий день после подписания так называемого "Стального пак­та" между фашистской Италией и нацистской Германией, на секретном совещании с высшим командованием вооружен­ных сил, Гитлер заявил: "Польша всегда была на стороне на­ших врагов. несмотря на договоры о дружбе, Польша все­гда намеревалась воспользоваться любым случаем, чтобы навредить нам. Предмет спора вовсе не Данциг. Речь идет о расширении нашего жизненного пространства на восто­ке и об обеспечении нашего продовольственного снабжения. нам осталось одно решение: напасть на Польшу при первой удобной возможности. Мы не можем ожидать повторения чешского дела. Будет война. наша задача - изолировать Польшу. Успех изоляции будет решать дело".

Как свидетельствовали адъютанты Гитлера, утром 3 сен­тября 1939 г. после получения английской и французской нот об объявлении войны Гитлер кричал: "Поляки жалкая, ни к чему не способная, хвастливая банда. Это так же хорошо известно англичанам, как и нам... Это неслыханно - пред­ставлять нам чехов и поляков, этот сброд, который ни­чуть не лучше, чем суданцы и индусы, как суверенные госу­дарства" (Неизвестный Гитлер. С. 80).

Геббельс в своем дневнике писал: "Фюрер подчеркнул еще раз, что у поляков должен быть один господин - немец. Не (325) могут и не должны существовать два господина рядом; по­этому должны быть уничтожены все представители поль­ской интеллигенции" (Ржевская. Берлин-45, с. 16)

От себя Геббельс добавил: "Польская аристократия заслужила свою гибель... Вермахт обращается с польски­ми офицерами слишком мягко... Я приму меры" (Ржевская. Геббельс. С. 220).

Некоторым польским историкам и политикам не меша­ло бы съездить в Познань, где старожилы рассказали бы им, что такое нацистская оккупация. В 1939 г. "осваивать "про­винцию Вартегау" кинулись тысячи немецких предприни­мателей, партийных чиновников. Поляки были выброшены из всех мало-мальски приличных квартир. У них не было больше ни фабрик, ни магазинов, ни школ, ни личных вещей. Их улицы были переименованы, язык запрещен, памятники сброшены, костелы опоганены". На сборы и освобождение особняков и квартир полякам давали 25 минут, взять с со­бой разрешали лишь две смены белья и демисезонное паль­то (Ржевская. Берлин-45. С. 17)

Американский публицист и историк, лауреат Пулитцеровской премии Джон Толанд об этом времени пишет так: "... Террор сопровождался безжалостным выселением бо­лее чем миллиона простых поляков с их земель и размеще­нием там немцев из других частей Польши и Прибалтики. Это происходило зимой и при переселении от холода по­гибло больше поляков, чем в результате казней" (Толанд. А. Гитлер, с. 79.)

Возможно, в Гнезно еще сохранилась записка поляков из Бреслау (Вроцлава): "Чи идон росияне, бо мы ту умерамы?" Старики могут рассказать, как встречали Красную Армию возгласами: "Hex жие Армия Червона!" (Ржевская. Берлин-45. С. 15, 22).

Об отношении Гитлера к союзникам, "суверенитет и правосубъектность которых - по выражению проф. Вечоркевича - он уважал", говорит пример франкистской Испании. 9 мая 1941 г. Гитлер утвердил директиву по проведению операции "Изабелла", согласно которой Германия была готова оккупировать своего верного союзника Испанию. И только подготовка к войне СССР отложила этот шаг. Тем не менее планы оккупации Испании и Португалии не раз пере­рабатывались немецким генеральным штабом под названия­ми "Илона" и "Гизела".

Советский историк, участник ВОВ, Лев Безыменский в книге "Разгаданные загадки третьего рейха (1940-1945)" пишет, что в октябре 1941 г. Муссолини жаловался своему зятю, министру иностранных дел Г. Чиано, на то, что "побеж­денные страны станут настоящими колониями, а союзни­ки Германии - ее союзными провинциями..." (Безыменский. С. 177, 176).

Не следует забывать о судьбе верного союзника Германии Италии, место которой в III рейхе так привлек­ло П. Вечоркевича. В ответ на смещение Муссолини 8 сентяб­ря 1943 г. Италия была оккупирована германскими войсками (Всемирная история. С. 421-424). Вермахт начал повсемест­ное разоружение итальянских войск, в стране начались аре­сты среди военных и интеллигенции.

Пан Вечоркевич как историк должен знать, что в 40 км от Познани был лагерь, в котором нацисты держали 160 пленных итальянских генералов (Ржевская. Берлин-45. С. 19). Также ему следовало бы познакомиться с исследованием своего коллеги Яцека Вильчура (Jacek Wilczur) "Nievola i eksterminacija jencow wojennych - wlochow w niemieckich obozach jenieckich", ко­торое посвящено судьбе почти 600 тысяч итальянских воен­нопленных, попавших в 1943 г. в немецкие концлагеря на тер­ритории Польши.

Я. Вильчур показал реальное отношение нацистов к своим союзникам, посмевшим проявить самостоятельность. Казни итальянских военнослужащих начались в сентябре 1943 г. На острове Кефалина общее число погибших итальянцев состави­ло 8400 человек, из которых 4500 было расстреляно. 23 сентяб­ря 1943 г. немецкие солдаты там же расстреляли итальянского генерала Гандини и всех офицеров его штаба. немецкий офи­цер Хиршфельд запретил хоронить погибших, т.к. "итальян- (327) ские бунтовщики не заслужили похорон" (Wilczur. С. 38-39). Таких фактов в книге Я. Вильчура более чем достаточно.

Осенью и зимой 1943 г. тысячи итальянских военноплен­ных умерли или замерзли по пути в лагеря, т.к. их перево­зили в летнем обмундировании (также как перевозились в 1919-1922 гг. пленные красноармейцы). "В лагерях вермах­та для пленных, в концлагерях и трудовых лагерях италь­янцы находились в лучшей ситуации только по сравнению с советскими военнопленными" (Wilczur. С. 167). По отноше­нию к итальянцам применялись два основных способа унич­тожения: доведение их до естественной смерти голодом и че­рез казни, в том числе массовые.

Оба метода были применены сразу после событий 8 сен­тября 1943 г. Так, "средняя норма питания итальянца с де­кабря 1943 г. состояла из фляжки кипятка, иногда с парой липовых цветков, куска хлеба 80-100 г, выпеченного из протухшей кукурузной муки и древесных опилок (до 50%), на обед - миска супа, сгнивший картофель, листья капус­ты, промерзшая брюква, вечером - липовый чай" (Wilczur. С. 174-175).

Всего, по разным данным, погибло от 25 до 55 тысяч италь­янцев. Не установлена судьба 50-60 тысяч итальянцев, фи­гурирующих в документах Министерства обороны Италии (Wilczur. С. 160). Нет сомнений, что они погибли, но докумен­тальные подтверждения этого отсутствуют.

По утверждению властей ФРГ, ответственность за судь­бу итальянских военнопленных в лагерях на территории ок­купированной Польши и в восточных провинциях Германии несут польские и советские власти. Причем ФРГ утверждает, что "все интернированные после 8 сентября 1943 г. итальянцы, кроме умерших от болезней и несчастных случаев, оказались в ведении советских войск", поэтому все претен­зии к ним (Wilczur. С. 8)

Учитывая вышесказанное, заявление профессора П. Вечоркевича о том, Польша могла найти "на стороне рейха поч­ти такое же место, как Италия", звучит кощунственно. Да, польский народ к миллионам погибших от рук нацистов поляков, "нашел бы" еще десятки, а может, сотни тысяч могил польских солдат, как "нашли" их итальянцы.

Полагать, что Польша в "великом рейхе" могла иметь какую-либо самостоятельность, наивно. Выступая перед им­перскими руководителями высших рангов и гауляйтерами в 1943 г., Гитлер заявил о послевоенном устройстве Европы. Он считал, что "мешанину из малых государств" в ближайшем будущем придется ликвидировать с тем, чтобы новая Европа "исключительно благодаря немцам обрела идеальную орга­низацию" При этом Гитлер был категорическим противни­ком какой-либо национальной автономии. Он подчеркивал: "Путь к самоуправлению ведет к самостоятельности, и де­мократическим институтам никак не удержать того, что было завоевано силой" (Хене. История СС. С. 469-470)

Все предвоенные заявления нацистов о создании на Востоке "вассальных государств" оказались блефом. Об этом свидетельствует крушение планов по созданию "Великой Украины". Уже в 1942 г. Гитлер недвусмысленно заявил: "Йодль совершенно прав, говоря, что предупреждения на украинском языке "берегись поезда" излишни, подумаешь, что за дело, если один-другой туземец попадет под поезд" (Н. Яковлев. 19 ноября 1942. С. 52). Аналогичное отношение ожидало и другие славянские народы, в том числе и Польшу.

У Польши не было ни малейшего шанса занять место ря­дом с Германией в послевоенной Европе, тем более у Рыдз-Смиглы рядом с Гитлером принимать в Москве парад. Дикта­торы не любят делить победу. Такие вещи профессору следу­ет знать.

На Нюрнбергском процессе обвинитель от США Гаррис так охарактеризовал планы нацистской Германии в отноше­нии Польши:

"1. Гитлеровцы специально ставили перед собой цель эксплуатировать людские и материальные ресурсы гене­рал-губернаторства Польши для того, чтобы усилить на­цистскую военную машину, разорить генерал-губернаторство и превратить его в вассальное государство... (329)

2. Районы Польши, которые должны были стать ча­стью германской империи, подлежали безжалостному оне­мечиванию...". (Мельников, Черная. Тайны гестапо. С. 256- 257).

Полному "онемечиванию", то есть превращению поль­ских граждан в настоящих немцев, подлежало лишь 3% про­цента населения Польши. Остальные подлежали либо физи­ческому уничтожению в концентрационных и "рабочих" ла­герях, либо угону в рабство для работы на нужды германской военной промышленности (Мельников, Черная. Тайны геста­по. С. 261-262).

Немецкий историк и исследователь нацистского перио­да Г. Хене в своей книге "Орден Мертвая голова. История СС" пишет, что согласно "Генеральному плану "Ост" "пред­полагалось полностью онемечить балтийские государст­ва и "генерал-губернаторство". 85% населения Польши на­меревались отправить в Западную Сибирь вместе с 65% западных украинцев" (Хене. История СС, с. 365; Взгляд из Германии. С. 282).

17 октября 1939 г. Гитлер ознакомил военных с основ­ными направлениями политики в отношении Польши: "Беспощадная борьба со всеми проявлениями польского духа не нуждается ни в каких законных актах и обоснованиях... Методы должны быть неотделимы от наших принципов... Предотвратить продвижение польской интеллигенции на­верх... Очистить старый и новый рейх от евреев, полячи­шек и остального сброда" (Хене. История СС. С. 360). Это было подлинное отношение нацистов к полякам, профессор П. Вечоркевич!

Гитлер постоянно подчеркивал основные принципы орга­низации оккупационного режима на завоеванных территори­ях: "Необходимо надлежащим образом разделить этот ог­ромный пирог так, чтобы мы, первое, смогли его завоевать, второе - им управлять, третье - эксплуатировать его" (Хене. История СС. С. 469).

Советский историк Д. Мельников и публицист Л. Черная на основе многочисленных архивных документов доказали создание нацистами в Польском генерал-губернаторстве це­лой системы уничтожения людей. Нацисты в лагерях смерти на территории Польши уничтожили 6,7 миллионов человек из 7,2 млн. узников, в том числе более 3,0 млн. евреев и 2,0 млн. поляков. Всего Польша за время оккупации потеряла 6,0 млн. своих граждан (Мельников, Черная. Тайны гестапо. С. 264).

В своем дневнике Геббельс с подачи фюрера рассуждает: "Генерал-губернаторство является польским резервом, боль­шим польским рабочим лагерем... если поляки поднимутся на более высокую ступень развития, то они перестанут являться рабочей силой, которая нам нужна" (Ржевская Берлин-45. С. 16).

Эта позиция выразилась в практических результатах "К концу оккупации Польши, а именно в мае 1944 г., общее число всех польских рабочих, занятых на предприятиях гер минской империи... составило почти 2,8 млн. человек, что было равно 8 процентам всего населения Польши или 15 процентам "продуктивного" населения" (Мельников, Черная Тайны гестапо. С. 266).

На территории польского генерал-губернаторства немцы ввели в отношении поляков правовые установления, которые основывались на идеях расовой сегрегации и дискриминации. При встрече с немцами поляки должны были им кланяться уступать дорогу и снимать шапки. Полякам запрещалось н улицах и парках сидеть на скамейках. Были введены запреты на браки для мужчин до 25-28 лет и для женщин до 22-25 лет. Около 750 тыс. поляков были выселены из квартир, остальные жили под постоянной угрозой выселения. К середине 1941 г. с польских территорий, аннексированных Германией, в генерал-губернаторство было депортировано более 400 тыс. поляков (Мелътюхов. Сов. -польские войны. С. 605-606).

Нацисты разработали специальные "Правила обращени с поляками", насильно увезенными в Германию на принудительные работы. В этих правилах содержалось 15 параграфов. В них предписывалось, что "никто из поляков не имеет npt ва жаловаться на своего хозяина в вышестоящую инстан- (331) цию... С 20 до 6 часов и с 21 часа до 5 утра летом поляки не имели права покидать помещение. Полякам было запрещено пользоваться велосипедом для поездки на работу, посещать кинотеатры и даже ходить в церковь. Запрещалось посе­щение ресторанов, запрещались всякие "сходки, собрания и манифестации", а также переход на работу к другому хо­зяину без специального разрешения. Наконец, поляк не имел права пользоваться городским транспортом. немецким хо­зяевам было дано право подвергать поляков телесному на­казанию, "если уговоры не помогали" (Мельников, Черная. Тайны гестапо. С. 258-259).

Строжайшим образом преследовались связи между нем­цами и поляками. Первых сажали в концлагерь, вторых веша­ли. Детей от смешанного брака стерилизовали и передавали на воспитание в детские дома рейха.

Польскую молодежь, и не только ее, дабы не возникало иллюзий по поводу "нацистской оккупации", не мешало бы знакомить с этими правилами, а также с четырьмя пункта­ми относительно перспектив поляков в III рейх. Эти пункты Гитлер сформулировал у себя на квартире после обеда 2 ок­тября 1940 года в узком кругу своих приближенных (Борман, Геббельс, Франк, Ширах, Кох). Их наиболее точно законспек­тировал М. Борман:

"1. Последний немецкий рабочий и последний немецкий крестьянин должен всегда стоять в экономическом отно­шении на 10% выше любого поляка.

Следует изыскать возможность того, чтобы живу­щий в Германии поляк не получал на руки всего своего за­работка, а часть его направлялась его семье в генерал-гу­бернаторство.

Я не хочу, чтобы немецкий рабочий работал более восьми часов, когда у нас снова будут нормальные условия; однако если поляк будет работать 14 часов, то, несмот­ря на это, он должен зарабатывать меньше, чем немец­кий рабочий.

Идеальная картина такова: поляк должен владеть в генерал-губернаторстве небольшим участком, который обеспечит в известной мере пропитание его и его семьи. Деньги, необходимые для приобретения одежды, дополни­тельного питания и т.д. и т.д., он должен заработать в Германии. Губернаторство должно стать центром постав­ки сезонных неквалифицированных рабочих, в особенности сельскохозяйственных рабочих. Существование этих ра­бочих будет полностью обеспечено, так как они всегда бу­дут использоваться в качестве дешевой рабочей силы". (ГАРФ. ф. Р-9401 "Министерство внутренних дел СССР (МВД СССР)". Оп. 2, д. 100, лл. 484-490).

Остается предложить беспристрастному свидетелю срав­нить итоги "нацистской" и "советской" оккупации. Только люди с патологическим неприятием России и Советского Союза могут их сравнивать. Очевидно, что перспектив не только стать профессором, но и шансов выжить в Польском генерал-губернаторстве у пана Вечоркевича не было ника­ких. Надо полагать, что базовое образование, позволившее ему претендовать на звание профессора, он получил в со­ветской Польше.

Просмотров: 770 | Дата добавления: 09.02.2016