информационно-новостной портал
Главная / Статьи / История / Разное /

Перспективы Катынского дела

Оценивать современную ситуацию с Катынским делом следует с позиций усиливающего в последнее время проти­востояния Запада и России. Западные и, прежде всего, амери­канские политики пытаются вновь сделать Польшу острием того клина, который должен бить по болезненным для России точкам. В свое время Запад этот метод успешно использовал в борьбе с Советским Союзом.

Известно, что Катынское дело является одной из таких болезненных точек. В этом плане вызывает озабоченность са­моуспокоенность российских юристов и должностных лиц, ба­зирующаяся на ложном мнении, что тема Катыни закрыта с юридической и политической точки зрения. Однако Катынское дело давно приобрело международный политический характер и не может быть закрыто в одностороннем порядке. (211)

Вот что по этому поводу заявил председатель исполко­ма Конгресса интеллигенции России, бывший руководитель администрации Президента РФ С. Филатов: "Катынь есть и будет, видимо, еще очень долго театром острейшей по­литической борьбы. Тему Катыни не замолчать и не "за­крыть" (Филатов. "Кольцо "А", № 34, 2005 г.). По данному поводу неоднократно аналогично высказывался Президент Польши Л. Качиньский.

Процесс принуждения России к покаянию за Катынь по­ляки стремятся превратить во второй "Нюрнбергский про­цесс". Надо учитывать, что в недрах политической Европы зреет мысль устроить аналогичный процесс над коммуниз­мом. Катынское дело, как наиболее информационно раскру­ченное "международное преступление" большевиков, мо­жет послужить исходным моментом для организации тако­го процесса.

В случае его проведения суд над "преступлениями ком­мунизма" плавно перетечет в суд над СССР и его истори­ей. О подобных перспективах заявил выступивший на еже­годной Катынской конференции (28.05.2005 г.) проф. Войцех Матерский (Памятных. Новая Польша. № 5, 2005) Он под­черкнул, что за катынское преступление ответственна "вся советская политическая система, партия-государст­во". Матерский сожалел, что отсутствует возможность вы­двинуть обвинение "в отношении современного российско­го государства". Такая возможность полякам может предста­виться, если Россия не откажется от "страусиной" тактики в российско-польских отношениях.

Понятие "Катынь" в Польше пытаются сделать всеобъем­лющим при оценке этих отношений. Все более популярным в польских политических кругах становится мнение профес­сора В. Марциняка, который, как уже говорилось, предлага­ет под "Катынью" подразумевать всех погибших в результа­те репрессий в СССР польских граждан.

Очередное обострение ситуации в катынском вопросе произошло в марте 2006 г., накануне ежегодно отмечаемого (212) в Польше "Дня памяти жертв Катыни". Поводом к междуна­родному скандалу послужило то обстоятельство, что за не­сколько недель до этого Главная военная прокуратуру (ГВП) России отказала вдове погибшего в Катыни поручика "при­знать того жертвой сталинских репрессий". Отказ был мо­тивирован тем, что не найдено никаких юридических дока­зательств, которые свидетельствовали бы о том, что поляки весной 1940 г. были расстреляны по политическим мотивам. Решение Политбюро ЦК ВКП(б), по мнению ГВП, не являет­ся приговором и поэтому его нельзя отменить и, соответст­венно, реабилитировать жертвы.

Однако польская сторона не согласилась с такой интер­претацией катынского преступления. По данному поводу про­звучали заявления МИД Польши и Института национальной памяти (ИНП), высказал свое недоумение президент Польши Л. Качиньский. У здания российского посольства в Варшаве со­стоялся пикет с требованием признать жертвы Катыни "жерт­вами сталинских репрессий".

Известный польский историк и публицист, один из авто­ров польской "научно-исторической экспертизы" сообщения комиссии Бурденко, Мариан Войцеховский в связи с 66-ой го­довщиной катынского преступления написал в "Газете выборчей", что отказ военной прокуратуры России отказаться от реабилитации жертв катынского преступления накануне го­довщины этого события стал знаком, что "примирение с по­ляками не интересует российскую сторону, а недавние дру­жественные жесты по отношению к Варшаве были толь­ко блефом" (Газета выборча, 9 марта 2006 г.).

Российскую позицию 6 марта 2006 г. озвучил в эфире ра­диостанции "Эхо Москвы" историк Рой Медведев. Он заявил, что расстрел в Катыни "нельзя назвать ни политическими репрессиями, ни геноцидом". В мире подобное определяется юридическим термином "военное преступление". Р. Медведев также считает, что "реабилитация была, и очень основатель­ная: опубликованы все документы, сохранившиеся в архи- (213) вах, президент Ельцин принес Польше извинения, на месте трагедии установлен памятник".

Следует также учитывать, что за последние пятнадцать лет польская сторона сумела навязать мировому сообществу свою точку зрения на катынскую проблему. Никого не волну­ет несовершенство российского закона 1991 г. О реабилитации жертв политических репрессий. Главное для большинства то, что поляки были расстреляны по "приказу Сталина".

Поэтому сложившуюся ситуацию с отказом в иске о при­знании расстрелянных в Катыни жертвами политических ре­прессий Польша пытается использовать как дополнительный козырь для перевода катынской проблемы под юрисдикцию международного права. Это может создать для России правовую ситуацию, аналогичную с так называемым "сербским геноцидом албанцев" в Косове, не говоря уже о повторении ситуации со швейцарской фирмой "Нога".

В Польше Катынью занимается специальная полугосудар­ственная организация - Институт национальной памяти. Это не научное учреждение. Председатель ИНП - единственное должностное лицо в Польше, которое подчиняется исключи­тельно польскому сейму. Для его избрания на этот пост необ­ходимы голоса, как минимум, 60% депутатов. Соответственно у института всегда мощная политическая поддержка. В его структуре работает около сотни прокуроров. Институт по поручению польского Сейма осуществлял контроль за хо­дом расследования Катынского дела, проводимого россий­ской стороной.

В ноябре 2004 г. по заявлению Катынского комитета Институт национальной памяти начал собственное, незави­симое от России, расследование обстоятельств Катынского дела. Профессор Леон Керес, председатель (в настоящее вре­мя бывший) Института национальной памяти (ИНП) в своем интервью журналу "Новая Польша" заявил: "Официальное решение открыть следствие по делу об убийстве советскими государственными чиновниками на территории СССР ты­сяч польских граждан подписано прокурором Малгожатой Кузняр-Плотой".

По утверждению Л. Кереса, "16 прокуроров, откоманди­рованных заниматься этим следствием, хотят выяснить все кулисы преступления и установить именной список пре­ступников. Они намерены заслушать показания более чем 10 тыс. лиц, в первую очередь потерпевших, т.е. родствен­ников убитых" (Новая Польша", № 3, 2005 г.).

Наивно полагать, что главной целью работы польских прокуроров является установление "именного списка пре­ступников". Не вызывает сомнений тот факт, что родствен­ники погибших в Катыни поляков не могут обладать инфор­мацией о сотрудниках НКВД 1940 г. Вероятнее всего, прокуроры ведут подготовку к оформлению индивидуальных исков к России по примеру американской еврейской диаспоры, по­сле войны массово предъявившей Германии индивидуальные иски за холокост.

Очевидно, что польская сторона, открывая самостоятель­ное следствие без участия России, постарается принять ито­говый документ (такая попытка была предпринята в сентябре 1993 г.) и, опираясь на поддержку мировой общественности, заявит о претензиях к России, в том числе и материальных, которые, если исходить из международных норм компенсаций, могут составить до 4 миллиардов долларов США. Однако если поляки свои претензии соотнесут с аналогичными, предъяв­ляемыми их ближайшими соседями литовскими наследника­ми репрессированных в годы советской власти, эта сумма мо­жет вырасти до 15 млрд. долларов.

В марте 2007 г. каунасский суд (Литва) принял к рассмот­рению иск на сумму в 500 тысяч евро к России, который пода­ли сын, дочь и внучка репрессированной жительницы Литвы Оны Пускунигене. В 1951 г. Она была осуждена к 25 лет ссыл­ки с конфискацией имущества. Однако по месту лишения сво­боды в Пермской области находилась с 5 сентября 1951 г. по 3 мая 1956 г.

Литовская адвокатская контора "Ex JURE", занимающая­ся делом О. Пускунигене, готовит аналогичный, уже второй по счету иск против России. Поводом является судьба Адомаса Симутиса, расстрелянного как "врага народа", и его сына (215) Людвика Симутиса, высланного в районы Сибири. Адвокат Кястутис Чилинскас, ведущий дела против России по вышеуказанным искам, заявил, что подобные иски бывших литов­ских ссыльных и политзаключенных могут стать массовым явлением. Без сомнения, таким же массовым явлением ста­нут и иски родственников польских военнопленных, погиб­ших в СССР.

"Первые ласточки" здесь уже появились. В апреле 2006 г. 70 родственников погибших в Катыни польских офицеров об­ратились в Европейский суд по правам человека в Страсбурге по поводу ненадлежащего расследования Россией всех обстоя­тельства катынского преступления. В будущем их число мо­жет составить несколько тысяч.

Помимо этого в июне 2007 г. Польский союз репрессиро­ванных, объединяющий в данный момент около 60 тыс. человек, заявил о намерениях подготовить иск против России о компенсациях в Страсбургский суд по правам человека ("Новые известия", 2 июля 2007 г.).

Несмотря на это, некоторые польские политики и публи­цисты по-прежнему продолжают лицемерно отвергать даже саму мысль о каких-либо материальных компенсациях за по­гибшую в Катыни "польскую элиту". К примеру, уже упоми­навшийся выше профессор М. Войцеховский заявил в "Газета выборча" от 9 марта 2006 г., что президент Качиньский может попытаться убедить близких жертв катынского преступления "не требовать материальной компенсации во имя хороших отношений с Россией".

Однако, как уже говорилось, Варшава считает, что от­ношения с Москвой "должны быть такими, чтобы они Польше что-то приносили".

Даже в советское время, будучи союзником, Польша по­стоянно предъявляла материальные претензии к Советскому Союзу. Напомним, что в 1978 г. Польша начала с СССР "вой­ну брендов", заявив права на торговое название "водка". Если бы польские историки сумели доказать, что "водка" является исконно польским продуктом, то материальные потери СССР и России исчислялись бы миллиардами долларов. Пострадали бы и простые люди, которые за каждую бутылку водки переплачивали сумму, идущую в польскую казну. Но благодаря историку-энтузиасту В. В. Похлебкину историческая справед­ливость тогда была восстановлена. Вильям Васильевич убе­дительно доказал приоритет России в создании алкогольно­го напитка под названием "водка".

В связи с кризисной ситуацией в Польше, в 1980-1986 го­дах Советский Союз оказал польскому народу безвозмездную помощь на сумму в 7 млрд. руб. Об этом говорилось на засе­дании Политбюро ЦК КПСС 23 октября 1986 г.

Тем не менее в 1989 г. Польша поставила вопрос о воз­мещении Советским Союзом материального ущерба граж­данам польского происхождения, пострадавшим от сталин­ских репрессий. Подобным путем Польша стремилась ликви­дировать свою задолженность Советскому Союзу в размере 5,3 млрд. инвалютных руб., т.е. по тогдашнему курсу более 8 млрд. долларов США. Как удалось выяснить, долг Польше в середине 1990-х годов списали, но Россия вместо благодар­ности получила как всегда... Польша эту тактику, вероятно, продолжит и в будущем.

В последние годы поляки активизировали работу по привлечению союзников на международной арене. В апреле 2005 года Сейм Литвы принял резолюцию "О годовщине убийств в Катыни". В начале декабря того же года в Париже была открыта мемориальная доска в память о жертвах Катыни. надпись на доске гласит: "Памяти 21 857 польских пленных, жертв массового убийства, совершенного по решению выс­ших советских властей, принятого в Москве 5 марта 1940 г. в Кремле, памяти 55% офицерских кадров, уничтоженных советскими коммунистами в Катыни, Харькове, Медном и Куропатах, жертв цинично задуманного преступления про­тив мира, безнаказанного геноцида, который осужденная Москва упорно отрицает по сей день". Памятник расстре­лянным "большевиками" польским офицерам в Катыни дав­но стал достопримечательностью Нью-Йорка.

Нет сомнений, что к Катынскому делу будет подключе­но сообщество стран демократического выбора Балтийско-Черноморско-Каспийского региона, учреждение которого в (217) 2005 г. состоялось в Киеве. В это сообщество вошли стра­ны, "не желающие быть в орбите России: Грузия, Украина, Молдавия, Эстония, Латвия и Литва". Идейным наставни­ком этого сообщества пытается быть Польша.

Предпринимаются попытки заставить Соединенные Штаты Америки занять более активную позицию в Катынском деле. 5 апреля 2006 г. газета "Жечпосполита" опубликовала ин­тервью Аллена Пола (Allen Paul) - американского политоло­га и публициста, советника комиссии Конгресса США, автора недавно изданной в Польше книги "Катынская резня и три­умф правды". Аллен Пол квалифицирует "катынскую распра­ву как геноцид". В этой связи он, будучи в 2006 г. в Варшаве, официально предложил польским властям обратиться к аме­риканской "Polonia" (организации польских эмигрантов) с тем, чтобы она ходатайствовала перед Конгрессом Соединенных Штатов о возобновлении расследования катынского преступления, которое комиссия Конгресса провела в 1951-1952 гг. Комиссия Р. Мэддена, как ее тогда называли, единоглас­но признала вину СССР и рекомендовала Конгрессу подать иск в Международный трибунал. Однако этого не произош­ло, так как Советский Союз в то время имел доминирующие позиции в Восточной Европе, в связи с чем представители Государственного департамента не поддержали это предло­жение.

Несмотря на скептическое отношение председателя Конгресса американской "Polonia" (КАП) Фрэнка Спуля к предложению А. Пола, последний уверен, что шансы на успех есть. Не говоря уже о поддержке шестнадцати американских конгрессменов, имеющих польские корни, А. Пол залогом ус­пеха считает следующее.

Во-первых, то, что представители американских властей сегодня абсолютно уверены в том, кто "несет ответствен­ность за расстрел польских военнопленных", во-вторых, что "время заискивания Америки перед Сталиным давно кануло в историю" и, в-третьих, по мнению А. Пола, сегодня "Польша является союзником Америки, а Россия лишь партнером". Так что "старые американские дрожжи" могут придать катынскому процессу новый импульс (Швед. "Katyn с американским акцентом". "Фельдпочта"). Об этом, в частности, сви­детельствует выступление американского президента Буша в Вашигтоне 12 июня 2007 г. на открытии "Памятника жертвам коммунизма". В числе жертв коммунизма Буш назвал "поля­ков, убитых в массовом порядке в лесу в Катыни".

Ясно одно, польская сторона настроена решительно. Налицо создание международного фронта, осуждающего как расстрел польских офицеров "высшими советскими властя­ми", так и современную позицию Москвы.

Поляки успешно используют оборонительную, пассивно-выжидательную позицию России для наращивания масштаба претензий, накопления доказательных материалов и дальней­шего формирования в свою пользу общественного мнения и, прежде всего, в Польше и России.

На 17 сентября 2007 г., в 68-ю годовщину вступления час­тей Красной Армии на территорию Западной Белоруссии и Западной Украины, польские власти запланировали всепольский просмотр уже упоминаемого фильма Анджея Вайды "Post Mortem. Катынская повесть". Антирусский настрой в этот день, вероятно, превзойдет тот уровень, который поля­ки продемонстрировали 17 сентября 2006 г.

После непродолжительной "обкатки" на польской публи­ке фильм А. Вайды планируется запустить в мировой кино­прокат. По этому поводу на кинорынке, проходившем в конце мая 2007 г. во время Каннского кинофестиваля, под патрона­жем А. Вайды был организован показ фрагментов из фильма "Post Mortem. Катынская повесть". Просмотр был категориче­ски закрыт для журналистов и предназначался только буду­щим дистрибьюторам ленты. Все свидетельствует о том, что Польша планирует фильмом А. Вайды поставить в Катынском деле "польскую" окончательную точку.

Не случайно президент Л. Качиньский установил над фильмом о Катыни так называемый "почетный патронат" (patronat honorowy").

Фильм должен сделать каждого зрителя как бы участ­ником общественного обвинительного процесса над "совет­ской политической системой" и, в конечном итоге, над СССР, Россией и ее историей. Фактически реализуется мечта уже (219) упомянутого проф. В. Матерского о том, что необходимо вы­двинуть обвинение "в отношении современного российско­го государства".

Можно не сомневаться, что волна мирового обществен­ного возмущения действиями СССР, вызванная фильмом А. Вайды "Post Mortem. Катынская повесть", затронувшим тему еще не до конца расследованного Катынского дела, на­несет ущерб российским национальным интересам и на дол­гие годы осложнит польско-российские отношения.

Россия же, прекратив уголовное дело № 159, не предпри­нимает никаких активных действий и лишь пытается сохра­нить существующий "status quo" в трактовке катынской тра­гедии, в надежде на то, что прагматизм в Польше в конце кон­цов возьмет верх.

Позиция Главной военной прокуратуры, несмотря на факты, вскрытые в ходе независимого расследования Катынского дела, и при новом руководстве остается неизмен­ной. Утверждается, что, поскольку "подлинность документов Политбюро ЦК ВКП(б) по Катыни, приобщенных к мате­риалам этого дела, не вызывает сомнения", возобновление следствия по уголовному делу № 159 "нецелесообразно". Эту позицию Главная военная прокуратура подтвердила в сво­ем ответе от 19 января 2007 г. депутату Андрею Савельеву на просьбу последнего о возобновлении следствия по факту ги­бели польских военнопленных в связи с вновь открывшими­ся обстоятельствами.

Нет смысла повторять вопросы, которые возникают при изучении противоречий в "исторических" документах из кремлевского "закрытого пакета № 1". Преступно игнориро­вать многочисленные свидетельства о том, что польские во­еннослужащие и гражданские лица содержались в 1940-41 гг. в трех "лагерях особого назначения" к западу от Смоленска и осенью 1941 г. нацисты расстреляли их в Козьих Горах. Историческая справедливость также требует выяснить, что за польские офицеры и полицейские (не из Литвы и Латвии, а с территории бывшей Польши) в 1940-1941 гг. использова­лись на строительствах НКВД в зоне Беломоро-Балтийского канала, а также содержались в лагерях Дальнего Востока и Магадана.

Ответа на эти вопросы у Главной военной прокуратуры нет. В то же время известно, что в российских архивах хра­нятся документы, обнародование которых может существен­но скорректировать господствующую версию о катынском преступлении. Все это вызывает естественный вопрос: если российская сторона обладает таким фактическим материа­лом, почему он не предъявляется?

Ведь самое страшное обвинение советского руководства в катынской трагедии уже прозвучало. Казалось бы, при по­явлении новых фактов, противоречащих официальной вер­сии, следовало бы бросить все силы на их проверку и уста­новление истины. Однако какого-либо вразумительного объяснения позиции российской стороны в катынском вопросе мы так и не нашли. Последствия подобного поведения могут быть для России непредсказуемыми.

Удастся ли России отбить грядущую атаку польских историков, юристов и политиков и общественности в Катынском деле?

Вышеизложенное убедительно свидетельствует о том, что в Катынском деле существует немало неисследованных фак­тов, противоречий и несовпадений, порождающих вопросы, на которые не дает ответа официальная версия. Все это требу­ет незамедлительного возобновления дела № 159 "О расстреле польских военнопленных из Козельского, Осташковского и Старобельского спецлагерей НКВД в апреле-мае 1940 г." по вновь открывшимся обстоятельствам с последующим глас­ным рассмотрением итогов расследования в суде.

Хочется верить, что рано или поздно, но все докумен­тальные свидетельства и факты, имеющие отношение к Катынскому делу, будут, вне зависимости от того, какую вер­сию они представляют, тщательно исследованы и объектив­но рассмотрены в авторитетном суде. А само дело № 159 бу- (221) дет рассмотрено судом столь беспристрастно и всесторонне, что ни у кого в будущем не появится ни малейшей возмож­ности спекулировать на катынском преступлении.

Нет сомнений, что преодоление катынского синдрома в польско-российских отношениях будет длительным и болез­ненным. Этот процесс можно значительно ускорить, если в оценках катынской трагедии польская сторона преодолеет на­циональный субъективизм и двойные стандарты, а российская услышит слова бывшего главы польского государства генера­ла Войцеха Ярузельского, сказанные им накануне прибытия в Москву на празднование 60-летия Великой Победы о том, что необходимо открыть все материалы по Катынскому делу: "Если сказал "А", сказать "Б" уже не так тяжело".

Просмотров: 407 | Дата добавления: 09.02.2016