информационно-новостной портал
Главная / Статьи / История / Разное /

"Живые консервы" Гитлера

Гитлер, хорошо зная антироссийские настроения в Польше, после прихода к власти предложил ей заключить соглашение о ненападении. В январе 1934 г. такое соглашение с гитлеровской Германией (первое в Европе) подписала Польша. После этого польские лидеры Пилсудскии и Бек, по выражению историка Д. Е. Мельникова и публициста Л. Б. Черной, стали "тешить себя мыслью, что они вместе с гитлеровцами образовали нечто вроде "оси Варшава-Берлин", направленной против СССР". (Мельников Д., Черная Л. Преступник № 1. С. 262).

В 1935 г. последовал обмен визитами высокопоставлен­ных лиц обеих стран. В коммюнике, опубликованном по слу­чаю поездки Бека в Берлин и Геринга в Варшаву, говорилось о "далеко идущем согласии" между двумя государствами. Ведь не случайно польская дипломатия добровольно взяла на себя защиту интересов нацистской Германии в Лиге Наций.

В военных планах СССР 30-х годов в качестве агрес­сора всегда рассматривались объединенные германо-поль­ские войска. Об этом неоднократно заявлял М. Тухачевский (Мартиросян. 22 июня. С. 605-612). Такое совместное нападе­ние на СССР имело бы место, если бы польское руководство согласилось с немецкими условиями союзничества.

27 июня 1935 г. американский посол в Берлине У. Додд пи­сал, что он получил от высокопоставленных немецких чинов­ников информацию о том, что Германия в союзе с Польшей готовится к захвату Балтийских государств и западных терри- (320) торий СССР. После Мюнхена в Польше стали разрабатывать­ся планы новых захватов украинских земель. Вопрос о буду­щем Украины обсуждался польским послом в Румынии в но­ябре 1938 г. (Сиполс. Тайны дипломатические. С. 35).

Разведывательный отдел польского генштаба в декабре 1938 г. подготовил доклад, в котором указывалось, что в осно­ве политики Польши на востоке лежит "расчленение России" (Сиполс. Тайны дипломатические. С. 38). МИД Польши по этому поводу подготовило совершенно секретную записку "Польская политика на Кавказе", в которой говорилось, что "Польша заинтересована в отторжении от России Грузии, Азербайджана и ряда других территорий" (Сиполс. Тайны дипломатические, с. 37).

Накануне войны в 1939 г. Гитлер предложил Польше, по мнению проф. Вечоркевича, "равноправный" союз с "блестя­щими" перспективами для Польши. "Польша должна была стать ценным и необычайно важным партнером в походе на Советский Союз", - утверждает профессор. В определенном смысле это действительно так.

5 января 1939 г. министр иностранных дел Польши Ю. Бек с большой помпой был принят Гитлером в Берхтесгадене. В ходе встречи Гитлер предпринял попытку привлечь Польшу к планируемому им "крестовому походу" против СССР. Он заявил, что существует "единство интересов Германии и Польши в отношении Советского Союза" и что "каждая использованная против СССР польская дивизия означает экономию одной немецкой дивизии".

Однако Польша не спешила присоединиться к "Антикомин-терновскому пакту". Ее не устраивали выдвинутые немецкие условия, которые были сформулированы в "пакете предложе­ний", как их называет Вечоркевич, представленных Германией послу Польши в Берлине Липскому 24 октября 1938 г. Польское правительство, согласно этим предложениям, должно было дать согласие на присоединение "вольного города" Данцига (Гданьска) к Германии и на предоставление экстерриториаль­ных прав дорогам (железной и шоссейной) через "польский коридор" для связи с Восточной Пруссией. (321)

П. Вечоркевич считает, что, приняв эти требования, "Речь Посполитая" не понесла бы никакого значительного ущер­ба". В какой-то мере профессор прав. Дело в том, что Данциг, со времен своего основания ганзейскими (т.е. немецкими) купцами всегда был немецким городом. Правда, в 1454 г. он, как и многие другие территории, вошел в состав Речи Посполитой. Однако и тогда он оставался городом с немец­ким населением и немецким укладом жизни.

В 1919 г. Данциг по Версальскому мирному договору стал "вольным городом" под управлением созданной в Париже Лиги Наций (Харенберг. С. 882-885). Однако номинально го­родом управляли поляки (пограничная охрана, полиция, та­можня). но с юридической точки зрения по вопросам, имею­щим отношение к Данцигу, Германия должна была обратиться в Совет Лиги Наций. "Польский коридор" также был полу­чен Польшей за счет земель немецкого Поморья и Восточной Пруссии.

Польша считала захваченные или "полученные" терри­тории польскими и полагала их возвращение законным вла­дельцам невозможным. Ее территориальные претензии к со­седям всегда были чрезмерными. Это один из основных ис­точников международной напряженности вокруг довоенной Польши. Тогдашнее польское правительство прекрасно по­нимало, что на "пакете предложений" по Данцигу Германия не остановится.

 Более того, польское правительство пугали планы Герма­нии создать "Великую Украину" под своим протекторатом. Польша крайне опасалась включения в состав "Великой Украины", а точнее, "Великой Германии" украинских земель, захваченных ею в 1920 году. Польское руководство не оставля­ло планов возрождения Речи Посполитой от Балтийского до Черного моря за счет присоединения литовских, белорусских и украинских земель. Оно также хорошо понимало, что созда­ние "Великой Польши" противоречило планам Германии.

Таким образом, по последним причинам, а не в силу вер­ности договоренностям с СССР, как пытаются утверждать не­которые историки, Польша отказалась от союза с Германией и (322) решила сделать ставку на западных союзников. Однако в за­явлении вице-директора политического департамента МИД Польши Т. Кобыляньского 18 ноября 1938 г. советнику герман­ского посольства в Варшаве Р. Шелиа дипломатично прозвуча­ла лишь одна причина: "Польша будет согласна выступить на стороне Германии в походе на Советскую Украину, если Германия откажется от идеи создания "Великой Украины" (Сиполс. Тайны дипломатические. С. 39-40).

Тем не менее Германия не оставила попыток вовлечь Польшу в "Антикоминтерновский пакт". Как отмечалось выше, это было сделано в январе 1939 г. уже через министра иностранных дел Польши Бека во время его пребывания в Берхтесгадене. В ответ польское правительство выбрало такти­ку лавирования. На это Риббентроп, вызвав 21 марта 1939 года польского посла Липского, сообщил ему, что Германия на­стаивает на своих требованиях о Данциге и "польском ко­ридоре". Варшава ответила отрицательно. Тогда Риббентроп недвусмысленно заявил, "что отказ другого государства" (надо полагать, Чехословакии) уже привел к печальным последствиям. После этого Англия и Франция заявили, в слу­чае агрессии Германии, о своих военные гарантиях Польше. Далее германо-польские отношения вступили в полосу явно­го противостояния.

Необходимо отметить, что, пытаясь привлечь Польшу в качестве союзника в войне против СССР, Гитлер ее участь уже определил. Об этом предельно откровенно высказался герман­ский военный атташе в Москве Э. Кестринг: "Польша явля­ется той клячей, которую Германия впрягла в свою упряжь на время... если Польша рассчитывает на помощь Германии в ее войне с СССР, то, во всяком случае, германские войска, вступив в "коридор" и в Силезию, оттуда никогда не уй­дут" (Сиполс. Тайны дипломатические. С. 39).

Польша должна была сберечь драгоценные немецкие ди­визии в войне с Россией, о чем Гитлер недвусмысленно ска­зал Беку в Берхтесгадене. Фактически Гитлер отвел Польше роль "живых консервов", которые должны помочь рейху со­хранить жизненные силы в его борьбе с Россией. (323)

Старые уголовники в побег по безлюдным, лишенным продовольствия местам брали молодых заключенных, кото­рых потом съедали. Их называли "живыми консервами". Для того чтобы уговорить участвовать "молодого" в побеге, его со­блазняли всякими обещаниями. Можно было обещать все что угодно, так как судьба "молодого" была предрешена. Нацисты также, несмотря на декларируемую лояльность к Польше, в любом случае намеревались уничтожить польское государст­во. Это подтверждают откровения нацисткой пропаганды, ко­торая велась в 1934-1939 гг. непосредственно в рейхе.

Просмотров: 499 | Дата добавления: 09.02.2016