информационно-новостной портал
Главная / Статьи / Языкознание / Разное /

Русская история

Главный труд К.Н.Бестужева-Рюмина — "Русская история" — органически вырос из всех его предшествующих работ и, прежде всего, из лекционных курсов. Автор первоначально планировал дать в двух, а потом в трех томах сжатую историю от древнейших времен до нач. XIX в. включительно. 1-й том "Русской истории" (1872) открывает краткое Предисловие и обстоятельное Введение методологического характера.

Изложение конкретной истории начинается описанием рассе­ления, религии, быта и условий жизни славян и их соседей. Затем оно делится на три периода (варяжский, удельный и татарский) и должно было быть доведено до середины XV в. Это время автор называл началом нового периода в жизни Русской земли, когда на двух ее половинах начинали слагаться два государства — Москов­ское на Востоке и Литовское на Западе.

Процессы, происходившие в Московском княжестве от Ивана Калиты до Василия Темного, вошли в 1-й том. Глава же о Литве, написанная и даже набранная, из-за большого объема в книгу не вошла. Она пролежала в типографии более 10 лет и увидела свет в составе П-го тома (1885). Бестужев-Рюмин стал первым историком, кто в общем курсе по русской истории уделил самостоятельное ме­сто истории великого княжества Литовского.

Во П-м томе изложение доведено до смерти Ивана IV. Вскоре Бестужев-Рюмин дописал еще одну главу о событиях начала XVII в. и опубликовал еег отдельно в виде статьи. В какой-то степени дополняют "Русскую историю" так называемые письма Бестужева-Рюмина о Смутном времени, изданные уже после смерти автора. Периоду начала XVII в. Бестужев-Рюмин всегда придавал исклю­чительно важное значение, видя в Смутном времени объяснение многого и для предшествующего, и для последующего.

Из-за резкого ухудшения здоровья Ш-й том не был завершен, хотя и по нему велась работа. Некоторое представление об этом дают лекции. Судя по их текстам, Бестужев-Рюмин с большим удо­вольствием читал XVIII в. и несколько схематичнее начало XIX в. (до смерти Александра I). Следовательно, Бестужев-Рюмин не был историком только древней Руси.

Для своего времени труд Бестужева-Рюмина был значитель­ным явлением даже на фоне ежегодно появляющихся томов "Исто­рии России с древнейших времен" С.М.Соловьева. Чтобы высту­пить в то время с новой обобщающей "Русской историей", надо было иметь веские основания, и они у Бестужева-Рюмина были. Он не думал конкурировать с капитальным трудом своего учителя или оспаривать его концепцию. Напротив, он исходил из нее: раз­делял идею развития и единства исторического процесса, призна­вал его закономерность, основывался на тезисе, услышанном еще на университетской скамье от Соловьева: "история есть народное самосознание".

В исторической литературе той поры существовал разрыв между монографическими исследованиями и огромным трудом Соловьева, с одной стороны, и учебниками русской истории, с дру­гой. Бестужев-Рюмин взял на себя труд восполнить этот пробел и предназначил свою работу для приступающих к самостоятельному изучению истории и не желавших слепо следовать авторитетам. От выбора "адресата" зависела и направленность работы: "предста­вить результаты, добытые Русскою историческою наукою в полто­раста лет ее развития, указать на пути, которыми добывались и добываются эти результаты, и вместе с тем ввести в круг источни­ков, доступных в настоящее время ученой деятельности". Автор писал, что цель его книги не в проведении каких-либо новых взглядов — он просто старался "указать начинающим на все бо­гатство исторической науки", "дать поболее материалов и указа­ний для образования собственных суждений и приговора"16. Для этого он сжимал изложение даже своих взглядов и шел сознатель­но на краткое, местами лапидарное изложение. Говоря современ­ным языком, Бестужев-Рюмин создавал банк данных историче­ской науки, что и составляет главную особенность его оригиналь­ного труда.

Все рассматриваемые в книге вопросы начинались с освеще­ния и разбора научных мнений, в примечаниях указывались пер­воисточники и литература вопроса. Бестужевым-Рюминым давал­ся свод всего написанного до него по русской истории. "Кто из за­нимающихся русской историей переносит эту своеобразную книгу с письменного стола на полку! — восклицал В.О.Ключевский. — Она ежеминутно надобится, как путеводитель при обзоре осматри ваемого города". Ключевский, как и многие, оценил высокую информативность книги, где при сжатом объеме представлен весь ход исторической жизни Руси, а также систему авторских приме­чаний. "Это не только "Русская история", — тонко и справедливо замечал ученый, — но и история работы русской мысли над рус­ской историей"17.

Так как Бестужев-Рюмин не задавался целью создания новой концепции истории России или переосмысления тех или иных со­бытий и фактов, то представляются более интересными его раз­мышления об исторической науке, о задачах историка, методах ис­торического исследования.

Нередко упрекали Бестужева-Рюмина за отказ от обобщения в пользу фактографичности, на основании чего называли его даже противником теорий вообще. Соответствует ли это действитель­ности?

Еще в ранних, да и в последующих работах Бестужев-Рюмин не раз писал о том, что в жизни бывают эпохи, когда возникает по­требность подвести итоги всему сделанному и наступает пора тео­ретических построений и философских выводов. Но созданием тео­рии развитие мысли не заканчивается. После того, когда все выяс­нено, итоги подведены и сделаны из них "всевозможное приложе­ние", тогда наступает, утверждал он, обратное движение мысли. "Оказалось, что начало, положенное в основу теории, уже изноше­но и более не удовлетворяет: найдены новые факты, требующие себе объяснения, а выставленное начало этого объяснения не дает <...> Тогда теоретическое направление уходит на второй план: об­щая мысль до тех пор ясная, тускнеет, и снова начинается кропот­ливая, подготовительная работа". Отсюда очевидно, что Бесту­жев-Рюмин признавал не только важность теоретического осмыс­ления, но и понимал неизбежность смены устаревших теорий на базе новых научных данных, и в этом он видел развитие научной мысли.

 Бестужев-Рюмин не отрицал важную роль теорий в раз­витии исторической мысли. Он выступал лишь против скороспе­лых, преждевременных, недостаточно научно обоснованных тео­рий и против подгонки явлений под готовые формулы.

Методы исторического исследования, пожалуй, одна из са­мых любимых и постоянных тем Бестужева-Рюмина. Он подчер­кивал, что выбор метода зависел от поставленных авторами целей, что в свою очередь обуславливалось не только их личными инте­ресами, но зависело и от общего уровня развития науки. Он делал небольшой экскурс в далекое прошлое, рассматривал при этом важный теоретический вопрос о превращении исторических зна­ний в науку.

В течение многих веков, говорил Бестужев-Рюмин, существо­вали исторические знания, начатки которых видны в изустных преданиях, героических песнях, вызванных естественной потреб­ностью людей восстановить в памяти дела минувших лет и сооб­щить о них детям и внукам.  

Признаком возникновения науки Бестужев-Рюмин считал изменение подхода к источнику. Преодолев наивное доверие к лю­бому историческому рассказу, наука стала относиться к накопив­шемуся материалу критически. Здесь, указывал историк, возника­ло новое явление — накопленный материал касался прошлой жиз­ни человечества, а прошлое тесно связано с настоящим. Эта тема проходит через многие труды ученого.

Качественные изменения, приведшие к превращению истори­ческих знаний в науку, Бестужев-Рюмин относил к XVIII в., поэто­му его историографические лекции, как правило, и начинались с этого времени, о чем упоминалось выше. Этим он отражал совре­менное ему понимание истории не как накопительности фактов, не как художественное произведение, а как научное осмысление ис­торического процесса.

Говоря о развитии исторических знаний, Бестужев-Рюмин указывал на изменения форм и видов исторических сочинений, на различие авторских подходов к истории и методов их исследова­ния. Так, к середине XIX в., отмечал он, существовало четыре ос­новных вида исторических работ, которые могли проявляться в различных соединениях. Это — история художественная, субъек­тивная (позднее он стал объединять эти два вида в один), философ­ская и научная. И он подробно характеризовал каждый метод, от­давая предпочтение последнему. Этот научно-критический спо­соб Бестужев-Рюмин и считал единственно возможным для науки, которая, утверждал он, должна начинаться с изучения источников и научной литературы, со строгого, беспристрастного изучения фактов и притом фактов, подчеркивал он, относящихся к разным сторонам жизни. Историк должен доставлять науке фактические знания, с которыми должна считаться любая теория.

Многократно Бестужев-Рюмин останавливался на требовании всестороннего и комплексного изучения истории: Во-1-х, следует изучать историче­ский процесс в масштабе "целой жизни человечества": "Всеобщая история только тогда станет в полном смысле всеобщею, — писал он, — когда она будет обнимать все народы, не пренебрегая и теми, которые почему-либо не успели развиться". И русскую историю поэтому следует изучать в единстве со всеобщей историей, особен­но с историей славянства.

Во 2-х, историк должен опираться на весь комплекс современ­ных знаний, как на естественные науки (на геологию, минерало­гию, химию и т.д.), так и на гуманитарные (на географию, эконо­мику, филологию, право, философию, археологию, на все вспомо­гательные науки и на искусства).

В 3-х, автор исторических исследований должен владеть всей совокупностью профессиональных знаний — а именно, доскональ­ным знанием источников, историографии и конкретной истории.

И, наконец, в 4-х, — это всестороннее и равномерное изучение всех элементов истории общества. Это требование тесно связано с его пониманием предмета исторической науки. Известно, что со­временники С.М.Соловьева (и в числе их Бестужев-Рюмин) спра­ведливо указывали на то, что в его "Истории России", также как и в "Истории государства Российского" Н.М.Карамзина, на первом месте стояла история государственности и государства или, как тогда говорили, политическая (внешняя) история. В известной ме­ре уравновешивая это положение, Бестужев-Рюмин во главу угла своей "Русской истории" старался поставить изучение внутренней (бытовой) истории: "На первый план, — читаем в его труде, — вы­ступает сложное явление, называющееся обществом. Его-то изуче­ние и должно составлять серьезный предмет науки, называемой историею"25. Бестужев-Рюмин считал понятие "общество" шире по­нятия "государство".

 Это не означало однако, что Бестужев-Рюмин отвергал изуче­ние внешней (государственной) истории. Он подчеркивал, что внутренняя (другими словами, социально-экономическая) история не противоречит по­литической истории, а, напротив, должна изучаться в тесной, не­разрывной связи с ней. Но при более глубоком знании внутренней истории "изменится сама собою относительная важность того или другого события, а главное, перестановится точка зрения. В чем и весь вопрос"26.

Бестужев-Рюмин считал, что история есть изображение раз­вития народа, отсюда одной из главнейших проблем он называл проблему изучения народности. Вопрос о народности соответство­вал общему духу времени, когда нарастал интерес к жизни народа, что находило выражение в литературе, музыке, живописи, архи­тектуре, в деятельности любителей-коллекционеров и меценатов.

В главах "Русской истории" после информации о литературе, посвященной каждому периоду или явлению, Бестужев-Рюмин пре­дельно кратко передавал основные события времени (внешняя ис­тория), затем переходил к характеристике различных сторон внут­ренней жизни народа — он говорил о составе общества, управле­нии, суде, верованиях, литературе, о материальном состоянии. От­носительная полнота раскрытия этих тем в значительной степени зависела от их общей научной разработанности.

 Бестужеву-Рюмину не удалось завершить "Русскую историю". Но и сделанное им значительно. Собрав и прокомментировав ог­ромный источниковедческо-историографический материал, так ска­зать, фундамент исторической науки, он многим посодействовал и тому, что вскоре стало называться методологией истории. Эту сто­рону научной деятельности Бестужева-Рюмина ценили его учени­ки, но на это не обращалось должного внимания в последующей литературе.

Общественная деятельность К.Н.Бестужева-Рюмина тесней­шим образом переплеталась с его научной и профессорско-препо­давательской работой. Он был членом ряда научных обществ, мно­го сил отдавал распространению исторических знаний — писал по­пулярные книги и статьи, обучал детей и взрослых. Но главная сфера его общественной деятельности была связана с Высшими женскими курсами (ВЖК). Проблема высшего женского образова­ния была в те годы острой и актуальной. Стремление женщин к знаниям активно поддерживала передовая общественность, в том числе и наиболее прогрессивная университетская профессура. Во имя общего дела Бестужев-Рюмин дал согласие встать во главе ВЖК, которые учреждались как частное учебное заведение. С 1878-1882 г. он безвозмездно трудился над организацией курсов, был их первым директором и вел там преподавание, что стоило ему — че­ловеку некрепкого здоровья — большого внутреннего напряжения. Почти сразу же курсы неофициально стали называться его именем: Бестужевские. Это название закрепилось и вошло в историю русской культуры.

 Константин Николаевич Бестужев-Рюмин скончался от вос­паления легких 2 января 1897 г.; похоронен на кладбище Новоде­вичьего монастыря в Петербурге.

Просмотров: 784 | Дата добавления: 08.02.2016